" В любом случае задерживаться нельзя, зря я отправился сразу к гномам, но с другой стороны осведомлен-вооружен..."
-Мне очень приятна встреча с тобой, Кирель. И еще приятнее, что мы все-таки не подрались....
Эрагон улыбнулся и повернулся.
-мне пора, Кирель, я-то и в Аберон завернул ненадолго. Да хранят тебя звезды.
Он быстро вышел из глуши на улицу и пошел к выходу из города.
"Вот теперь пора уносить ноги и как можно скорее...."

----Предместья Аберона

Забавно было лежать в снегу и не замерзать. Благодарите магию. Берешь возможности, плати за них отчуждением, не свой, не чужой. Она почти умерла для мира эльфов, а среди них никогда не сможет прыгнуть выше головы, что бы там ни говорили о толерантности современного общества.Су выпрямилась, даже не отряхивая пальто от липкого снега, который остался по его краю. Холодно, да, пожалуй. Во всяком случае, холод начал медленно прокрадываться под одежду, быстро перебирая лапами. Однако, он многим отличался от того холода, который постоянно преследовал ее, медленно и незаметно парализующего, а потом ударяющего метко куда-то на уровне солнечного сплетения, только глубже, заставляя лишаться чувств или панически бросаться на прутья клетки, в которой сам себя по случайности заперла, и скалиться, чтобы потом затихать, поскуливая, как побитая собака.
Холодно так, что не понять, жива еще, или уже просто снежное изваяние, способное двигаться. Пусть, да – можно надевать маски, рисовать улыбки, сотни раз подряд перед зеркалом, каждое утро,
Только все равно внутри все будет покрыто толстой коркой льда. Сама виновата, только гордая слишком, чтобы признавать свои ошибки, остается только переживать, и с досады бить по этому льду кулаками, и царапать, оставляя едва заметные следы и ломая в кровь пальцы, и сдирая ногти. И забыть. Забыть – это легче всего,
Или все же опять создавать видимость. Проявляется, как на пленке, опущенной в специальный раствор.
А тут просто физический обыкновенный холод, который заставляет лишь  снова натягивать на руки перчатки, потирая ладонь о ладонь и опуская их в карманы.

Граница гор >>
Эльф шел по многолюдной улице, ведя поводья своей лошади. Серые небольшие домишки стояли вдоль дорог, телеги, нагруженные всяким барахлом, матери, кричащие на непослушных людей... Никто, казалось, не замечал Риона и Киру. И это эльфу даже нравилось, никто не провожал его взглядом, никто не дарил презрительной усмешки... Правда, девушки смотрели на него и, перешептываясь, смеялись, глядя ему вслед. Рион то и дело проверял, не съехала ли его повязка, удерживающая волосы и скрывающая острые уши. Нужно было устроится на ночь, а дальше можно было делать, что душе угодно. Обернувшись, Анарион спросил Киру: "У тебя есть планы?"
Сам же Рион не хотел  отказываться от своей идеи найти меч деда, и намеревался заняться поисками.

"Я спать хочу."
Рион уже давно присматривал хоть немного прилично выглядящее заведение, но ничего нормального не находил. Глянув на Кирель, он кивнул, и, окинув критическим взглядом таверны, выбрал ту, в которой было меньше народа. "Сейчас пойду устроюсь. Тут и конюшня есть, надо лошадей отвести." И, взяв поводья Арго и лошади Киры, повел коней к сараю, городо именуемому пригостиничной конюшней.
Сдав лошадей, он, неся в руках сумки, зашел в таверну. Тут было весьма просторно, много пустых столов стояли в ряд. И лишь у барной стойки сидели, запевая пьяные песни, люди. Стараясь оказатся незамеченым, эльф подошел к барменше, и попросил дать ему две лучшие комнаты.  К сожалению (а, скорей, к счастью) Риона, свободной оказалась только одна, правда хорошая, комната. Эльф сильно не расстроился, и, попросив официанку подождать минуту, вышел и, подойдя к Кирель, сказал: "Ну, я устроился. Идем?"

Эльф денег брать не стал, так как развлекаться не собирался. Пожелав спокойной ночи, он вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Спустившись в зал, где по-прежнему, не смотря на поздний час, сидели люди. Рион, подойдя к тем, что казались более пьяными, присел, и, позвав официантку, заказал медовухи себе и тем алкашам, к которым он присел.  Он хотел узнать о богатых торговцах Аберона, а так же о перекупщиках. Но, сколько бы Рион не поил крестьян, они ничего толкового не сказали, лишь интересовались "той девушкой с которой он пришел". Эльф, усмехнувшись, просто сказал им, что это его невеста. Нет, он мог конечно сказать что это его сестра, но внешне они были совсем не похожи, да и пьяницы бы чуть он отошел  полезли к ней. Он ни в коем случае не хотел ограничивать свободу Киры, но правила предосторожности нужно было соблюдать. Этим уговорив себя, Анарион, расплатившись за выпивку, пошел в комнату, и, улегшись на полу (в комнате была одна, правда большая, кровать), уснул.

Эльф бегал с друзьями где-то на полях Дю Вельденвардена, как почувствовал как что-то щекочет ему нос. Сон постепенно развеевался, и, как бы Рион не хватался за него, пытаясь удержать и хоть ещё немного побыть на родных полях, мираж постепенно развеевался, и кто-то настойчиво пытался открыть его губы. Рион открыл глаза и даже подскочил от удивления. В рот ему лез большой, да просто огромный, черный, с усиками... таракан! Это было очень неожиданно для эльфа, и тот, шепча проклятья,  осторожно взял таракана и выбросил его в окно. "Хорошо, что я сплю не с открытым ртом..." - сказал Рион, заметив, что девушка не спит. Подойдя к окну, он посмотрел в море, и не глядя на Всадницу, спросил:  "Не спиться?"

Рион ничуть не стыдился, и отвечать не стал, и, глянув на таракана сказал ему: "Если ты ещё раз попытаешься лезть мне в рот, Кира уже тебе не поможет." И, сделав страшное лицо, показал таракашке язык.
"Ты сам улегся на полу, на кровати вполне хватает места  и троим."
Эльф глянул на кровать и проворчал: "Я ещё слишком мало выпил для этого..."
Рион знал, что за дверью кто-то стоит, но и догадываться не мог, что Кира узнает, что он её назвал своей женой. Грусто покраснев, он попытался оправдаться, говоря так тихо, чтобы только Кирель могла услышать: "Да мы внешне не похожи, они бы не поверили, что ты моя сестра... А парням ни чуть не легче. Им нужно мучаться с девушками."  И бесшумно  подошел к двери, резко её открыв, ударив при этом человека, подслушивающего  сзади.

"Угу, не помогу, я тебя дорогой усатый друг возьму с собой, а этого злого дядьку убью тапкам."
Эльф было уже обрадовался, да только потом вспомнил, что он-то как раз усов не носит... Обреченно вздохнув, он выслушал тираду Киры о том, где ему полагается спать,  посмотрел на кровать, и, гордо подняв голову, заявил: "Только без Эрагона." Рион назвал таракана именем первого всадника, и, ответив на провокационное "боишься" усмешкой, ещё раз глянул на таракана, который, немного шатаясь, шел к двери.
Девушка прямо впилась в шею бедного пьянчужки, лицо которого даже побагровело, то ли от испуга, то ли от прилива крови. Нет,  эльф не жалел его, но, мягко отодвинув Киру от "героя-любовника", схватил его за шиворот и  рывком поднял на ноги. Затем резко толкнул его и прижал к стене. С совершенно безразличным лицом  Рион угрожающе спокойным тоном прошептал мужику: "Как видишь, дама не очень довольна твоим поведением. Лучше тебе больше не огорчать её, иначе..." Эльф зловеще умолк, и мысленно передал алкоголику картинку самых ужасных пыток, каких только знал. Тот в ужасе вырвался и побежал прочь, не оглядываясь.

Отредактировано Анарион (07.08.10 23:05:44)

Рион и сам не знал, почему именно это имя. Но, задумавшись на пару мгновений, сказал: "Носящие это имя обычно  отличаются от своих собратьев. Вот и наш  Эрагоша - первым ко мне в рот полез! Эльф гордо посмотрел на таракана, который был занят своим куском хлеба.
Рион подумал на счет того алкаша. Потом, отрицательно мотнув головой, сказал: "Вряд ли. Он слишком сильно испугался, и если и будет болтать, то со своими друзьями алкашами, и только по поводу того, что ты слишком хороша в постели. Не будет же он говорить, что его так девушка помяла..."
Рион присел на краешек кровати и  закрыл ящик с Эрагоном, оставив совсем маленькое отверстие. "А ты спи, пока мама с папой делами занимаются..."