Зимний лес завораживал своим безмолвием и иллюзорной пустотой. Казалось, вместе с теплом и перелетными певчими птицами из него ушла жизнь. Мелкие теплокровные животные забились в свои глубокие норы, высовываясь наружу только при острой необходимости - маленькое мохнатое тельце вряд ли сможет бороться с лютыми морозами. Скрюченные словно длинные растопыренные когти ветви деревьев клонились вниз под тяжестью снега. Меж голых стволов деревьев гулял, то и дело подвывая, вольный ветер.  Иногда к нему присоединялась одинокая сова, сидящая где-то на верхних ветках. Время застыло. Оно никогда не сдвинется назад равно как и не пойдет дальше, отсчитывая секунды, данные всему живому.
Азаэль шла молча и почти бесшумно, словно в замедленном действии оглядываясь по сторонам. Отрешенный взгляд желтых глаз ни на мгновение не останавливался на чем то конкретном, словно ощупывая и изучая окружающее пространство. Но так это выглядело лишь со стороны. Дракониха не изучала, она вспоминала. Каждый куст, каждый поваленный ствол и неглубокий овраг, - все было чужим и таким родным и близким сердцу. Одновременно. В конце концов, именно здесь началась ее жизнь. Первый глоток свежего морозного воздуха, первая пойманная добыча – мелкая мышка-полевка, осмелившаяся показаться из своей норы, первая встреча с Судьбой в лице простой деревенской девушки – все было связано именно с этим лесом и этой местностью. Прошлой зимой…нет, в самом начале весны…
Остановившись, бронзовая подняла голову вверх и закрыла глаза, какое-то время просто наслаждаясь  обдувающим прочную шкуру ветром. Она раньше не задумывалась над своим возрастом. После потери своей половинки она потеряла счет дням и ночам.
- А я уже почти год хожу по этой земле и летаю  в этом небе…
Всхрапнув, дракониха горько рассмеялась в ответ собственным словам. Она была еще так молода, но уже успела растратить все силы. И если однажды крылатая споткнется, то просто не сможет подняться с земли или идти дальше. Или же сложит крылья и камнем рухнет вниз с высоты птичьего полета…
Не время.
Тряхнув головой, словно это могло бы отогнать мрачные мысли и непрошеные воспоминания, Аза огляделась. Она и не заметила как потеряла из виду Эландера. Не хорошо. Хотя его чистая блестящая шкура могла бы служить хорошим камуфляжем среди искрящихся на солнце снежных сугробов – не мудрено, что дракониха потеряла его из виду. Зрение так ненадежно. Намного удобнее полагаться на слух или обоняние, которое тут же поведало ей о всех живых существах, находившихся в округе. И лишь один запах резко выделялся среди других своим ярким контрастом – запах хищника. Определенно, Он. До предполагаемого местонахождения серебряного дракониха шла довольно быстро, стараясь не отвлекаться от следа и не глазеть по сторонам. Хватит уже, насмотрелась.
Она увидела Эландера еще издалека. тот стоял на поляне, как то уж совсем нерешительно оглядываясь по сторонам. Сомневался? На мгновение Азаэль показалось, что он вот вот развернется и пойдет назад к реке, но дракон похоже сомневался в правильности такого выбора. Тихо фыркнув, дракониха припала к земле, в надежде подобраться к нему незамеченной. Зачем, учитывая что дракон не представлял для нее опасности? Наверное, чисто инстинктивно. Подкрасться со спины подветренной стороны, чтобы у серебряного не было возможности почуять присутствие, выждать удобный момент и выпрыгнуть из укрытия поваленного дерева. Весьма забавно.
В один большой прыжок преодолев разделяющее их расстояние, дракониха шутливо куснула серебряного за хвост и тут же отскочила в сторону, наслаждаясь произведенной реакцией. На какое-то мгновение Аза призадумалась: неужели ей действительно было весело? Пожалуй так… не смотря на все предрассудки и заморочки, общение со своими соплеменниками начинало нравиться бронзовой все больше. Думать о том, что она ошибается, доверяясь Эландеру, было довольно грустно. Отогнать бы мрачные мысли.
Сев на землю, крылатая обвила лапы хвостом и задорно посмотрела белого.
Испугался?

Как скажешь.
Бронзовая тихо фыркнула и улеглась на снег, положив голову на скрещенные лапы. Не понравилось? А что делать, не в сказку попал, да в жизнь вляпался. Причем вляпался конкретно, без права на помилования. Сделав глубокий вздох, дракониха прикрыла глаза. Пожалуй, обидно  было. Ее попытку сблизиться восприняли  как оскорбление. А может Азаэль так только показалось. Но радостного настроя эта мысль не прибавляла. Скорее даже наоборот, задушила на корню весь дружеский порыв.

офф: дико извиняюсь за сей огрызок поста. на большее меня сейчас не хватает. учеба вытягивает все силы

Дракониха всхрапнула, удивленно уставившись на собеседника. Меньше всего она ожидала от него извинений в свой адрес, ведь, если логично рассудить, извиняться наверное следовало ей. Завела в лес, оставила плутать среди сосенок, а затем выпрыгнула непойми откуда – не очень вежливое отношение по отношению к тому, кого видишь первый, а в худшем случае последний раз в жизни – пожалуй так обосновала бы свою позицию Азаэль, знай она о существовании вежливости.
Ничего, я не обиделась, - смущенно уставившись на свои лапы, бронзовая принялась усиленно рассматривать их. Поднимать глаза и выдавать свое смятение совершенно не хотелось. Чтобы хоть как-то нарушить повисшую неловкую паузу, Азаэль решила вернуться к начальной теме их разговора.
Ты все еще хочешь послушать мою историю?

Приподняв голову, дракониха устремила свой задумчивый взгляд на собеседника. Сколько раз за утро она задумывалась над этим вопросом? Уж явно не один. Немудрено, что скоро он станет подобием ее визитной карточки. Откуда я пришла и куда иду?
Отсюда, - Азаэль окинула взглядом окружающий их безмолвный зимний лес. – Здесь я родилась. Поэтому слышать, как незнакомец открыто заявляет свои права на эти земли, было немного обидно.
Задумчиво подковырнув когтем снежную корку сугроба, бронзовая искоса посмотрела на Эландера. Может быть последнее добавлять не стоило? Хотя она ведь даже не думала упрекать его в чем либо, просто констатировала факт, пояснила свою позицию. Ровным и спокойным голосом. Что в этом такого? Вспомнив вспышку негодования, вызванную теми словами серебряного, дракониха мысленно усмехнулась. А она то всегда считала себя относительно спокойной и уравновешенной, однако вспылила по такому мелкому и незначительному поводу. Забавно.
Моя мать состояла в Ордене Всадников, - глубоко вздохнув, крылатая решила продолжить. Надо было с чего то начинать. – Всадника на себе носила. Отец же был диким, насколько я могу понять из памяти предков. Однако именно мать предопределила мою судьбу.
Азаэль на мгновение зажмурилась, отгоняя вставший перед глазами образ миниатюрной золотой драконихи. Даже не смотря на то, что крылатая никогда не видел, да и не могла видеть своих родителей – их разделяли века, она могла их вспомнить.
Наверное это и позволяет нам помнить то, кем мы являемся.

Азаэль заинтересованно склонила голову набок. Произнесенные ею слова относительно родителей явно зацепили Эландера за живое. Вот только чем? В хорошем или плохом смысле? Где-то глубоко внутри шевельнулся и угас маленький огонек любопытства. Не то что бы ей были слишком уж интересны причины реакции собеседника, однако их знание вполне могло пригодиться в будущем. Вдруг она наткнется на очередного сородича.
Всадники?
Что могла бы ответить бронзовая на последующую тираду дракона об уничтожении духа дракона. Пожалуй ничего. Разве что грустно улыбаться, вслушиваясь в рассуждения серебряного. Почему то слова, которые по идее должны были быть обидными или оскорбительными, ничуть не задевали крылатую. На правду не обижаются? Вряд ли, ведь тут нечто другое. Это была точка зрения, нет, не идущая вразрез с ее собственной. Просто чуждая Азаэль. Она смотрела на мир под другим углом и видела в нем другие краски и оттенки. Всего лишь…
Поднявшись на лапы, бронзовая потянулась точно большая хищная кошка и села, аккуратно обвив лапы хвостом. Ей вдруг неожиданно пришло в голову, что предмет их разговора – тема довольно неоднозначная, и обсуждать ее, философствуя и размышляя, можно довольно долго. Что ж, она никуда не торопилась. Да и Эландер видимо тоже.
У тебя никогда не было Всадника, - не вопрос, а утверждение. – Неудивительно, что ты считаешь так, а не иначе. Каждый смотрит на жизнь из своей пещеры.
Дракониха замолчала, на миг прикрывая глаза. Как описать переполняющие ее чувства, как донести их до чужих ушей?  Да и вообще стоит ли?
-Мне кажется, что Дух дракона невозможно уничтожить. Разве что перебив весь наш народ. А пока жив хоть один дракон, Дух будет жить. В крови, в памяти, в сердце. Ведь это то, что позволяет нам помнить то, кем мы являемся, наша сущность и смысл существования. Вряд ли дикие предки пошли бы на заключение договора, зная, что он принесет вред потомкам. Я не сомневаюсь в их мудрости.
Вздохнув, Аза подняла голову к небу.

Хаотичный вихрь из рваных обрывков воспоминаний промелькнул перед глазами, словно отбрасывая Аз в события давно минувших дней.  Она довольно смутно помнила то, чем и как жила в последнее время – несколько месяцев слились в одно большое блеклое пятно. Хотя «жила» - слишком громкое слово. Формально ее жизнь оборвалась в тот день, разделивший жизненный путь бронзовой драконихи на «до» и после, на «жила» и «существовала». Был ли у нее Всадник? Такой простой вопрос. И ответ на него, казалось бы, тоже был таким простым и незамысловатым. Но отчего тогда так больно?
Знаешь, Эландер, ты очень верно сформулировал вопрос. Именно был…
Встряхнув головой, словно это могло бы помочь отогнать ненужные воспоминания, Азаэль взглянула на серебряного. На мгновение она засомневалась, слышал ли ее дракон – уж больно тихим показался драконихе ее собственный голос. А может быть так оно и было.
Хотя я и должна была появиться в этом мире после встречи с выбранным мною человеком, этого почему то не произошло. Сама вылупилась…внезапно и неожиданно, словно и не было вовсе заклинания, наложенного на яйцо матерью, - бронзовая хмыкнула. Первые часы жизни, наполненные страхом перед неизвестностью и шоком от пережитого, сейчас казались ей не более чем нелепой случайностью. Надо ж было умудриться выбраться из скорлупы и совершенно не помнить  побудившей ее на это причины. Глубоко вздохнув, дракониха продолжила. – А потом и встретила свою будущую Всадницу. Тоже абсолютно случайно. А она оказалась обычной деревенской девчушкой. Хотя нет…не совсем обычной. Стал бы простой человек вместо того, чтобы трусливо удирать, сверкая пятками, спокойненько рассматривать создание, существующее по его мнению только в древних легендах? Но разве это так уж и важно? Мы провели вместе всего несколько месяцев. А потом ее не стало…
Азаэль полуприкрыла глаза, искоса наблюдая за передвижениями Эландера.
У каждого свое мнение, но я думаю, с возрастом ты его поменяешь.
Все возможно, - крылатая задумчиво уставилась на отблески озорных солнечных зайчиков, отражающихся от серебряной чешуи собеседника. – Может быть уже поменяла… иногда мне кажется, что лучше бы мне было и вовсе не встречаться с ней. Жила бы в свое удовольствие где нибудь в горах, набеги на деревушки периодически совершала, избранника своего повстречала б. Как ни крути, а вольная жизнь без обязательств – не самая худшая перспектива.
Бронзовая перевела взгляд на дракона. Зачем она ему это рассказывала? Уж явно из желания банально почесать языком или недостатка общения. Хотя, пожалуй это было не так уж и важно.

Прикрыв глаза, дракониха вздохнула полной грудью. Противный мутный осадок, оставшийся  после сказанных слов, отвлекал от дальнейших раздумий. Поерзав на месте, бронзовая фыркнула, выпустив из пасти облачко едкого темного дыма, и потянулась. Затекшие после долгого сидения в одном положении мышцы приятно заныли.
Я тоже... В смысле сам вылупился. Мать не накладывала заклинания на яйцо. Она хотела, что бы я не повторил ее печальный опыт.
Вопросительно глянув на дракона, Азаэль уселась в исходное положение. Признаться, она не ожидала, что факт ее рождения вызовет такой интерес со стороны собеседника, и, более того, побудит его на такие откровения. За все время знакомства Эландер не сказал о себе ровным счетом ничего кроме имени, по большей части слушая бронзовую. Что ж, по крайней мере теперь она знала о нем чуть больше.
Дуреха…вот с этого и надо было начинать, а не сидеть, мило беседуя с незнакомцем и выбалтывая ему самое сокровенное.
От внезапно промелькнувшей в голове мысли по спине крылатой пробежал холодок. Подобные рассуждения, посещавшие дракониху ранее, ничуть ее не беспокоили, однако теперь…Азаэль не задумывалась, что будет после состоявшегося разговора по душам. Эландер проявил любопытство к ее автобиографии, она это любопытство удовлетворила. А вот дальше что? Они снова разбегутся по своим углам, лишь изредка вспоминая о том, что встретились где-то и когда-то? И это в лучшем случае. Внезапно Аз вспомнилась та таинственная незнакомка, чуть не налетевшая на бронзовую на берегу Аноры, так живо напомнившая ей о Всаднице. С ней она наверняка тоже больше никогда не встретится… Печально.
Брести по жизни в полном одиночестве, довольствуясь лишь краткими, ничего не значащими встречами – тоже часть моей судьбы?
Уверена?
Вопрос эхом прокатился по сознанию драконихи, заставляя отвлечься от своих мрачных размышлений. На мгновение Аз даже испытала нечто, похожее на благодарность.
Конечно же нет. Я ведь сказала «иногда». Если бы я родилась диким драконом, не обремененным «связью» со своей другой половиной, жить было бы намного проще. И вечное существование казалось бы мне абсолютной свободой, а не одиночеством.
Бронзовая тоскливо поскребла мерзлую землю когтями. Какого это – парить над землею, зная, что там, внизу, нет ничего, что могло бы удержать свою гордую неукротимую натуру на грешной земле? Не быть связанным никакими обязательствами и отвечать только за себя? Она уже никогда об этом не узнает.

Азаэль прикрыла глаза, вслушиваясь в речи собеседника. Мелодичный, местами чуть резковатый, но в целом приятный голос умиротворял, действуя на сознание, в котором многие месяцы царили тишина и редкий шорох мыслей, подобно антидепрессанту. Что ни говори и как не рассуждай, дракониха отдала бы очень многое за возможность выбрать себе другую жизнь в теле другого существа, но от врожденных способностей к ментальному контакту отречься было весьма сложно. Возможность общаться с кем-то, равным тебе по интеллекту, когда вокруг обитают лишь примитивно мыслящие звери, несомненно являлась большим плюсом.
-Если бы родилась дикой, то вряд ли стояла  бы передо мной в данный момент.
Приоткрыв один глаз, бронзовая чуть оскалилась в легком подобии улыбки. Но ты ведь не можешь утверждать наверняка.
Судьба странная штука, порой надо потерять любимого, что бы найти свою истинную цель в жизни.
На обдумывания ответа ушло не больше пары мгновений. Хотя что обдумывать, на большинство вещей и взглядов ответ у Аз обычно всегда имелся. А если его и не имелось, то парочка наводящих вопросов в наличии всегда была.
А ты терял любимых, чтобы утверждать подобным образом? И это помогло тебе найти свою причину для существования?
Мне вот что-то не особо это помогло. Точнее совсем не помогло. Если смысл жизни заключается в том, что дорого, как можно найти его, теряя самое ценное?
Поверь, вечная жизнь это не свобода, эта кара, когда у тебя на глазах умирают все кто тебе дорог, а ты все живешь и с каждым годом чувствуешь себя все более никчемным существом, которое непонятно за чем все еще ходит по этой грешной земле.
В твоих словах есть доля противоречия. Пусть мы и живем вечно, но все, кто нам дороги, тоже обречены на вечную жизнь. Родители, братья и сестры, супруги и случайные знакомые. И нам дана сила защищать своих близких… - слова бронзовой прозвучали совсем тихо. – Я не верю в то, что вечность, проведенная рядом с теми, кто дорог, может быть карой.
В конце концов мы ведь Драконы…
Хлестнув по земле хвостом, крылатая уставилась на свои лапы. Когти, которые она запустила в мерзлую землю, засели там так глубоко, что освободить лапы из почвенного плена удалось только со второй попытки. Фыркая и брезгливо отряхивая запачкавшиеся конечности, Азаэль искоса взглянула на небо. Солнце неторопливо плыло  по небу уже высоко над головой, отбрасывая на землю свои пока еще не до конца согревающие лучи. По положению небесного светила можно было догадаться, что время движется к полудню – времени обеда. Как некстати тихо заурчал пустой желудок, заставляя обратить на себя внимание. Как некстати в памяти всплыло воспоминание о добыче, упущенной утром.
Потянувшись всем телом, словно большая сытая кошка, дракониха расправила крылья, дабы размяв порядком затекшие конечности.
Поохотимся?
Вопросительно приподняв бровь, Аз посмотрела в глаза Эландеру.

Переступив с лапы на лапу, Дракониха подняла голову вверх. Легкий, едва ощутимый ветер обдувал поляну, принося с собой множество самых разнообразных ароматов и запахов. Чуть пошелестев в крючковатых ветвях кустарника, поднимал с земли ворох сухих прошлогодних листьев и мчался дальше по своим важным делам. Конечно, ведь столько еще нужно сделать: забраться в самые дальние уголки леса, под пни и расщелины, нарушить тишину оврагов своим чуть уловимым шелестом, разнося везде и всюду легкий и пьянящий аромат весны. Он дурманил, кружил голову своей легкостью и свежестью, заставляя невольно жмуриться от удовольствия, жадно вдыхая переплетенные в воздухе запахи хвои, дичи и чего-то еще, не встречавшегося бронзовой ранее.
Так вот ты какое, дыхание Весны…
Насколько слепа она была, что не замечала его ранее? Или может все дело отнюдь не в этом? Мысли трехмесячной драконочки были забиты  отнюдь не постиганием таких важных вещей, как древние Инстинкты, они были целиком и полностью заняты окружающей реальностью. Расти, набираться опыта, ощущать как крепнут крылья, с каждым днем узнавать все больше и больше об этом странном, чуждом драконьему сердцу мире – это так сложно. Столько условностей и предрассудков, не поддающихся понимаю с точки зрения законов Природы, в конце концов оказавшихся чем-то ненужным и пустым. А что сейчас? Она почти выросла… наверное слишком быстро. Иначе бы точно знала, как воспринимать все те волнующие чувства и эмоции, затрагивающие самые потаенные струны души бронзовой, точнее того, что от нее осталось.
Слова серебряного остались без ответа. Хотя наверное они его и не требовали. Если возможно постичь саму тайну Смысла Жизни, то сколько времени для этого нужно? У них впереди целая вечность на то, чтобы это узнать.
Даже если, ты видишь,  как страдает  тот кто тебе близок? Даже если дорогой тебе человек не всадник и не может разделить с тобой вечность? Даже если близкий гибнет у тебя на глазах, и ты понимаешь, что ничего не можешь поделать?
А ведь она не хотела отвечать. Хотела закончить этот, несомненно, неприятный для обоих драконов разговор…
Азаэль не могла сказать точно, что именно в словах Эландера так некстати задело уже начавшуюся было затягиваться рану. Может причина была в упоминании Всадника, может в гибели того самого «близкого». Да, она могла лишь стоять и наблюдать за тем, как гаснет сознание ее Харуки. Да, она понимала, какой беспомощной в сущности являлась тогда, когда так и не решилась вцепиться в морду Твари (именно так она окрестила про себя черного старца), пусть это и было бы последним, что бронзовая смогла бы сделать в своей жизни. Но так же она понимала то, что не сможет последовать за своей Всадницей, не сможет посмотреть ей в глаза где-то там, на том свете, где они наконец встретятся, до тех пор, пока  не отомстит.
Вскинув голову, дракониха оскалилась, гневно уставившись куда-то поверх головы Эландера. Если бы она видела себя в этот момент, то наверное бы испугалась. Сама себя. Расширенные зрачки, раздутые ноздри, искаженная в свирепом оскале морда, вырывающиеся из пасти клубы дыма, утробное рычание.
-Я никогда, слышишь, никогда больше не позволю этому случиться!!!  Чего бы мне это не стоило, я найду эту Тварь и  напою землю его кровью. Плевать, что это невозможно. Я должна, понимаешь, должна!..
Наверное не стоило идти на поводу у собственных эмоций. В конце концов Эландер не хотел ее задевать. Глубоко вздохнув, крылатая угрюмо уставилась себе под лапы, не в силах поднять взгляд на дракона. Теперь ей было стыдно. Но, по крайней мере, слова, вырезанные на сердце чьей-то когтистой лапой, больше не давили на нее непосильным грузом. Древний язык  прочно связал ее со своей клятвой.
Неловкое молчание затягивалось. Пожалуй, никогда еще драконихе не хотелось провалиться сквозь землю так как сейчас, лишь бы разрядить повисшее в воздухе напряжение. А ведь они кажется, хотели что то сделать… Ах, да, поохотиться. И хоть снаружи бронзовая выглядел вполне успокоившейся, внутри по прежнему все клокотало, обжигая внутренности бессильной злобой, требовавшей выхода. Стадо олешков сейчас было бы как нельзя кстати.
Разминая по очереди то правое, то левое крыло, Аз как ни в чем не бывало  посмотрела на серебряного.
-Неподалеку отсюда есть поляна, на которой любит пастись стадо оленей. У взрослых на мой взгляд мясо жестковато, зато подрастающий молодняк на вкус просто восхитителен.
Тихо фыркнув, бронзовая как бы невзначай придавила к земле задней лапой мечущийся из стороны в сторону кончик хвоста, который с лихвой выдавал ее волнение.