==> Подножье горы

Элеонора немного устала от долгой ходьбы, однако счастливая улыбка не сходила с лица. Аметиссу, к её небольшому негодованию, она на подходе к деревне посадила в её переносной домик. Теперь она немного ворчала там, но Элеонора не давала ей унывать, постоянно подбадривая разными шуточками и древними песнями. точнее отрывками из них, ведь эльфийские песни очень длинные, и чтобы исполнить некоторые из них требуется несколько дней. Но вот наконец показалась деревня. Она носила на себе следы борьбы, некоторые дома были порядком обожжены, будто пережив бой. Сколько же я пропустила, прячась от своего горя в Спайне? Эле внезапно стало немного тоскливо и тревожно, но совсем не надолго, ведь любимое существо сидело сзади в ранце и вылизывало и без того сверкающую чешую. Приглядевшись лучше, Элеонора заметила, что людей в деревне поразительно мало, все ходят очень настороженно. Так же она заметила, что хоть обугленные части на домах старые, люди только сейчас начали залатывать их. У женщины сложилось впечатление, что люди вернулись в свой дом совсем недавно. Эля немного постояла на небольшом пригорке, а затем принялась спускаться вниз.

Элеонора, оглядывая деревню стала невероятно серьёзной серьёзной и настороженной. Она вгляделась в деревню, ища там хоть какие-то признаки империи. Жажда мести проснулась в ней, несмотря на присутствие другого дракона, милого существа за спиной. Она поймёт. Должна понять. Эля подняла руку, на которой был начертан знак и с тоской посмотреда на чёрную траурную полоску, обвивающую серебряное пятно. Однако никаких следов империи не было. Лишь на некоторых пугалах висели выцветшие и грязные мундиры имперских. Всё же они здесь побывали.. Да, давно, но были. Элеонора стиснула зубы и рукоятку сизого меча, изготовленного для неё когда-то великой эльфийской мастерицей. Эля несколько раз вдохнула и выдохнула, успокаиваясь. Затем она очистила свои мысли и принялась творить заклятье, которое скрыло бы её острые уши и кошачьи глаза. Опустила чуть скулы и стала похожа на обычную женщину. Затем вытащила из сумки старый плащ и накинула его себе на плечи, оставив ранец с драконом поверх плаща. Длинный потёртый плащ скрыл и колчан со стрелами и меч, покачивающийся на бедре и дорогую одежду. Затем она наконец спустилась в долину, поминутно поглядывая по сторан, дабы моментально отразить опасность. Она сто лет прожила в горах и не удивительно, что боялась встречи с людьми. Да что там, она с трудом помнила звук своего имени, так долго его никто не произносил, губы с трудом выговаривали звуки, так долго ничего не говорила она. Но вот наконец и деревня. Сельчане постарались на славу, соорудили подобие ворот и даже поставили часовых. Те сразу перегородили дорогу женщине.
- Ты кто такая? Что тебе здесь надо? - видимо старший спросил.
- Прежде чем я отвечу, прошу ты ответь мне, есть ли кто-либо из Империи здесь, и кому подчиняется это село?
- Нет, никого из проклятой империи здесь нет. Мы сами по себе!
- Тогда всё в порядке. - Эля откинула капюшон и сняла маскировку.- Ты хочешь знать кто я. Я Всадница, Элеонора, великая воительница Ордена.- Элеонора гордо подняла голову. Однако стражникам видимо этот ответ не понравился.
- Проваливай отсюда вместе со своим драконом! Из-за такого как ты деревня сгорела до тла!
- Мне нужно лишь купить немного хлеба и вина, я завтра же уйду. Слово Всадницы.
- Если завтра же не уйдёшь, пеняй на себя, ты погибнешь!
- Благодарю вас. Я уйду до рассвета.- Эля прошла в деревню и позволила Аметиссе выглянуть наружу и самой всё осмотреть.

ОФФ: стартовый пост, если что - поправьте, плиз

Отшельничество вкупе с проживанием на тайной базе Рук Тени привело к тому, что Лебедь изрядно отвык от общества кого-либо, не столь могущественного, как шейды... Да и вообще от какого-либо серьезного общества. И вот сейчас они вместе с Бельтом словно бы вновь открывали для себя мир живых, разумных (по крайней мере, относительно) и куда как более слабых существ. Разумеется, шейд помнил, что обыватели куда как не уважают магов, вышедших за Грань - и потому для себя постановил, что заклинаний, помимо характерных для мага-ученика, он применять не будет. (ОФФ: да, это и есть обоснование разницы между квентой и игротехом)
Вот и приходилось теперь им с Бельтом ехать по улице одной из самых известных деревень на всей территории Алагейзии, полагаясь с точки зрения обнаружения неприятностей лишь на острый глаз, слух и нюх. А еще, разумеется, на разум и отшлифованные навыки наблюдения и скрытности.
Охвативший деревню частокол неприятно поразил Асвана - слишком уж вопиющим было нарушение природной гармонии данного места, слишком нелепым было возведение столь грубых оборонительных сооружений после падения величественного бастиона Всадников, прикрывавшего эту долину.
Шерстяной капюшон изрядно натирает шею, грубая мантия уже почти не сгибается по суставам - настолько она пропитана пылью и потом... Но странник шагает, ведя в поводу невзрачную лошадь темно-серой масти. Лошадь изрядно загружена тюками, причем под ними висит странный сверток, внешне похожий на длинную метлу. Со стороны он не очень заметен, но если знать отдельные приемы работы с цилундао, становится ясно: шейд идет во-всеоружии.
И странник, и его конь выглядят крайне утомленно и практически не привлекают внимания стражи, благо идущая впереди девушка внезапно принимает гордую позу и провозглашает себя Всадницей, Великой Воительницей и членом некоего Ордена. По контексту шейд понял, что подразумевается орден Всадников Алагейзии, и мысленно прокомментировал, обращаясь к своему спутнику:
- Угу-угу... А ведь когда-то и я был готов орать на весь мир, какой я замечательный, распрекрасный и всемогущий.
- Ты и сейчас готов это орать. Просто понял, что тогда могут найтись желающие тебя в этом разочаровать - не преминул ответить на это его спутник, единственный в своем роде продукт неограниченных магических экспериментов - шейд-конь. То время, когда Бельт пытался при каждой возможности порвать Лебедя на маленькие кусочки, уже давно прошло, так что последние несколько десятилетий он был вполне готов сотрудничать со своим "создателем", хотя так и не перестал пытаться при первой же возможности нахамить тому. Или еще как-нибудь подначить.
Шейд, однако, воздержался от беседы - и подошел к воротам, чуть усмехнувшись отпору, который получила Всадница со стороны стражи.
И ведь не боятся они, что сейчас прилетит что-нибудь большое, огнедышащее и голодное... - отметил про себя Асван, - Интересно, что это: развитые средства ПВО, охрана законом или просто наглость стражи? Я бы скорее поставил на последнее, хотя Император Фелессан мог и внести что-то новое в жизнь Паланкара...
Пропустив в город Всадницу, стражник таки соизволил обратить свое внимание на стоящую перед ним фигуру в темной мантии:
- А ты кто такой, м?, - представитель государственной власти явно надеялся отыграться на новом госте за счет предыдущего, - Еще один герой легенд? Может быть, шейд, а?
Если бы он знал, насколько близко к правде он был... Но Лебедь не стал сообщать об этом своему собеседнику, а представился странствующим ученым пополам со сказителем. Несколько умных фраз, пара медных монет, перекочевавших в руки стражника вследствие уплаты пошлины за вход - и Лебедь оказался внутри города.

Аметисса почувствовала острый приступ ненависти, жажды мести. Она просто горела внутренним пламенем, перед глазами плыла кровавая пелена, из широко распахнувшися ноздрей выходили тёмные клубы дыма, который, к счастью, не представлял особой проблемы для драконихи.  Рассудок помутнился, она чувствовала только всепоглощающую ненависть, перед ней проносились растерзанные тела врагов, которых сама маленькая дракониза не видела никогда. Но она их знала. Имперцы... Убийцы драконов... 
Видение давно прошло, но Аметиссу всё ещё трясло от ярости, а клыки обнажались в оскале. Потом она медленно начала успокаиваться. Вдох... Выдох... Вдох... Выдох... И вдрг всё прервалось. Суетливые крики жильцов, их странные, грубовато-простые слова и голоса.  Немного продумав все свои предшествующие мысли, дракониха наконец поняла, что это были мысли её Всадницы. Я этого даже не поняла. Как всё-таки всё это странно...- дракониха впервые сталкиваласьс объединением разумов, ей казалось несколько необычным, что два существа могут думать одно и то же. Но в битве это могло быть очень полезно... Отогнав все скучныемысли, Аметисса громко чихнула. От дыма у неё начинал чесаться нос... О Небо, как глупо!
Дракониха чувствовала, что Элеонора сомневается. Впрочем, это понятно... она уже очень давно не видела людей. К тому же, они совсем не такие как эльфы. Эльфы почему-то не едят мясо. ГоворятЮ, что это... ужасно. Но ведь это вполне естественно. Так было всегда. Цепочка питания всегда была и будет. Неужели стоит это отрицать? Крупные хищники едят травоядных и более мелких хищников, крупных хищников и травоядных едят драконы...  Так или иначе, а это животное всё равно умрёт, так почему же его не съесть? В общем, всё это было очень странно и неоднозначно, к тому же были темы поинтересней и Аметисса вскоре переключила своё внимание на нечто другое. 
Элеонора собралась с мыслями и спустилась в долину. Аметисса видела всё через её мысли. Иногда так странно наблюдать за людьми... Слишком суетливые, слишком медленные и слабые. Да и уши у них круглые, и глаза тоже. Неправильные уши и глаза. К тому же слышат они явно плоховато, да и видят не особо далеко. Магией, судя по всему, пользоваться тоже не умеют, да и меч в руки, наверное, не брали... Ну, может кое-кто и умеет сражаться, но разве сравниться  они с настоящими эльфийскими мастерами, все двиджения которых походят на танец, исполнены изящества и кошачьей грации. Многие из них, должно быть, не очень образованные. Не щзнают древнего языка. Не видели Эллесмеры. Да и пишут они рунами, а не по-эльфийски! И как они вообще умудрились выжить, не умея пользоваться магией? Магия пропитывала всю маленькую жизнь Аметиссы и ей казалось странным, что кто-то не умеет ей пользоваться, ведь она и сама была магическим существом.
Надо сказать, люди из Карвахолла построили даже ворота, поставили туда стражников. Их жизнь очень опасна,- подумала маленькая дракониха.-Хотя жизнь Всадников куда опаснее... Но так или иначе, они посторались защитить себя, как смогли. Доргогу Элеоноре стражники почему-то преградили, наверное, из опасения, что она за Империю.
- Ты кто такая? Что тебе здесь надо?- спросил грубый голос, так не похожий на изящную и учтивую эльфийскую речь.
У них совершенно нет манер!- презрительно фыркнула Аметисса. Как можно так грубо обращаться с женщиной? Да и вообще, надо же, вконце концов, уважать тех, кто на голову сильнее тебя. Разумеется, Аметиссе и в голову не пришло, что грубость стражника к путешественникам оъясняется страхом за деревню, свою жизнь, а возможно, и жизнь своей семьи.
- Прежде чем я отвечу, прошу ты ответь мне, есть ли кто-либо из Империи здесь, и кому подчиняется это село?- после звуков голоса стражника, учтивая речь Всадницы показалось маленькомцу дракончику чуть ли не пением. Вот она, знаменитая эльфийская вежливость.
- Нет, никого из проклятой империи здесь нет. Мы сами по себе!
- Тогда всё в порядке. - Элеонора сняла капюшон и плащ, уже не боясь, чтто в деревне есть кто-то, представляющий для неё угрозу. - Ты хочешь знать кто я. Я Всадница, Элеонора, великая воительница Ордена.- эльфийка гордо подняла голову. Но стражники, видимо, не уважали Всадников, а может им завидовали.
- Проваливай отсюда вместе со своим драконом! Из-за такого как ты деревня сгорела до тла!
- Мне нужно лишь купить немного хлеба и вина, я завтра же уйду. Слово Всадницы.
- Если завтра же не уйдёшь, пеняй на себя, ты погибнешь!
- Благодарю вас. Я уйду до рассвета.
Это был странный диалог. Тот дракон, который спалил деревню мирных жителей до тла, не имеет права называться драконом! Это жде просто чудовищно- уничтожить плоды трудов не в чём не пловинных людей! ейчас Аметисса испытавала то ли лёгкую досаду, то ли отвращение, ей было понятно, почему тут стоит стража.
Всадница прошла в деревню и опустила на землю рюкзак, отчего маленького дракончика довольно сильно тряхнуло. Когда Элеонора открыла "переноску", схватила малышку поперёк живота, вытащила её и поставила на землю, дракониха гордо огляделась. Пусть она пока маленькая, нло драконы- очень древний и уважаемый род, населяющий Алагейзию. Тем более, скоро она сможет выдыхать огонь! Теперь дракониха сама видела восстанавливающуюся деревню, в которой, правда, было больше чёрного, чем на Элиной картинке. Правда, жители смотрели на неё злобно, а не восторженно, из-за чего зубы начали обнажаться в оскале, а чешуйки на спине встали дыбом и Аметисса испустила злобный писк, долженствующий обозначать рык.

Аметисса хотела ещё зашипеть, но Элеонора  взяла её поперёк живота и посадила на руки. Дракониха недовольно выпустила клуб дыма, едва удержавшись чтобы не зашипеть от возмущения. Зачем? Как маленькую! Конечно, я ещё маленькая... Но веь они не смогут мне ничего сделать! А так позорно уволокли... Я же дракон, а не беззащитный человеческий ребёнок! Но делать было нечего и Аметисса вскарабкалась на плечо Элеоноры, грозно посматривая на жителей, который уже расходились. Гомон стоящий в деревне ужасно раздражал, где-то что-то шумно обсуждая, похоже, даже не слушая друг друга. Аметисса ещё раз убедилась в плохом образовании населения.
Элеонора отвернулась от них и пошла к зданию. Оно было нобгорелым, страшно старым и вид у него, так сказать, был совсем непрезентабельный. Элеоноры открыла тяжёлую деревянную двкрь и вошла в дом. Он и внутри был обшарпанный, посетителей было мало. Но Элеоноры подошла к хозяину постоялого двора.
- Прости, добрый господин, не подскажешь ты мне, есть ли свободная комната в этом заведении? И почему все здесь так ненавидят драконов? Видишь ли, я прожила долгое время в отшельничестве и пропустила все последние события.- Всадница спросила очень тихо, но было хорошо слышно, так как народ разом умолк.
- Конечно, здесь есть комната, однако она очень бедная. А здесь тебя все опасаются вот почему. Когда драконы и Всадники были почти полностью истреблены, так было всего несколько лет назад, в нашей деревне появился свой Всадник - Эрагон. Он нашёл яйцо, которое было похищено у самого покойного императора Гальбаторикса, в Спайне. император сразу жеоткрыл на него охоту и ему со своим драконом пришлось бежать. И из-за него имперцы полностью уничтожили эту деревню, а почти все жители присоединились к варденам. Мы не исконные жители деревни, мы набрели на её развалины и отстроили её заново. Вот поэтому здесь не особо жалуют драконов и Всадников. Ваша комната на втором этаже.- было странно слышать такое. Конечнол, деревня сгорела из-за Всадника и дракона, но они этого не хотели! Глупо винить их.
- Спасибо тебе, добрый человек. - Элеонора поблагодорила хозяина и  прошла в комнату. Там она положила вещти, а Аметиссу посадила на кровать,  Дракониха оглянулась. В маленькой комнатке было маленькое окошко. Аметисса сильно взмахнула крыльями, приподнялась в воздхе, не чувствуя обычного восходящего потка и снова опустилась на землю. Она повторила тоже ещё раз, более удачно. На этот раз до окна она долетела, когтем открыла его и спикировала вниз. До земли было не очень алеко, но дракониха сложила крылья, чувствуя как вокруг неё образуется поток воздуха. Внескольких сантиметрах от земли она повисла в воздухе, открыла крылья, которые сразу наполнил воздушный поток, взмахнула имя, ещё раз, ещё раз... Она была на уровне второго этажа. Ещё один взмах... Вот и крыша. Дракониха перестала работать крыльями, спланировала на черепицу, которая была довольно зудой. Отсюд было прекрасно видно всю деревню. Аметисса уселась, аккуратно обвив хвостом лапки и сложив крылья. Отсюда она продолжила наблюдать за людьми, на удивление суетливыми и немощными.

Аметисса наблюдала за восстановительной работой людей. Они делали всё совсем не так, как эльфы. А об эльфах дракониха знала достаточно много из рассказов Элеоноры. Они ей нравились, так как были очень тесно связаны с драконами древним соглашением, к тому же, почитали их, не то что эти селяне. Дракониха фыркнула, выражая презрения к этим глупым людям.Они строят дома собственными руками, а не поют, чтобы деревья росли как им надо. Они борются против природы, вместо того чтобы жить с ней в гармонии. Видно, что они старались закончить всё быстрее законечить. Суетливые и по-детски слабые. Даже сейчас, они были совсем не похожи на благородных Всадников и эльфов. Печутся каждый о своём благе, хотя вместе они бы всё в два раза быстрее закончили... Ненавидят их с Элеонорой, за то, в чём они не виноваты, хотя многие отдали жизнь за их благополучие. Неблагодарные, у них слишком узкий кругозор. Маленькая дракониха гордо подняла голову. Но её-то Всадница не такая! Её внимание привлёк прожигающий взгляд. Он был не неавидящим а изучающим. Дракониха перевела взгляд на человека. Нет, это был не человек, а... шейд. Шейд и его конь. Аметисса выгнула шею, её тёмно-синие глаза широко расширились от любопытства. Она знала, что вшейдов вселяются духи. Интересно, какие они, эти духи? С одной стороны, маленькому дракончику было интересно, а с другой стороны, шейд может быть опасен. Всё-таки, кто знает, как он себя поведёт. Аметисса так и не разобраась, что делать, а поэтому остановилась на компрмиссном варианте- наблюдала за шейдом с крыши, пока он не скрылся из виду.
День пролетел незаметно- Аметисса наблюдала за людьми, а когда ей это наскучило, решила полетать. Она сильно оттолкунлась от черепицы, отчего та противно скрипнула. Дракониха взмахнула крыльями, поймала восходящий поток и принялась кружить над деревней.
Очнулась от этого восторженного угара она только после оклика Элеоноры:
- Аметисса, возвращайся сюда, не нужно рисковать по-напрасну.
Солнце садилось. И правда, уже поздно... Дракониха влетела в комнату, села на кровать и выжидающе посмотрела на Всадницу.

нынешний пост

Элеонора задумчиво наблюдала за полётом маленькой драконихи, на всех парах мчавшейся к их с Элей окошку. Опытным взглядом Эля видела, что Аметисса летит неплохо, но не идеально, как того требует образование. Инстинктивных знаний о полётах недостаточно для дракона-самоучки. Это и тревожило девушку. Им с Аметиссой необходимо как можно быстрее отправиться в столицу эльфов, найти малышке учителей, которые передадут ей всю премудрость воздушного боя, высшего пилотажа и прочих искусств. Конечно, элеонора и сама знала немало о полётах, ведь она, как и все драконы и Всадники обменивалась с сизым Тико знаниями, полученными на уроках. Но ни один эльф, человек или Всадник не может научить дракона летать. Ей был доступен лиш теоритический материал, она не знала, как применять его на практике, как поворачивать крылья, как ловить потоки воздуха, с каким усилием выходить из пике... Список можно продолжать бесконечно. Маленькой Аметиссе непременно нужен учитель-дракон. Этими мыслями она и поделилась с усевшейся на кровать драконихой. Всадница ласково провела рукой по хребту, наа котором уже обозначилась гряда острых шипов и мысленно медленно проговорила, чтобы малышка лучше запоминала словесную речь и сама училась выражать свои мысли в словах.
- Ну что, малышка, понимаешь теперь, что за существа эти люди? Раньше всё было по-другому. Раньше мы были для них чуть ли не богами, они преклонялись перед нами и драконами, а мы защищали их, страна процветала. - Элеонора всё ещё поглаживала дракониху, но смотрела на догорающую зарю в небе, словно не видя её, она вся погрузилась в печальные, но самые счастливые воспоминания.
- А затем среди нашего ордена великих воинов появился страшный человек, предатель. Я не буду описывать его поступки, не стоит он того, но он предал наш орден и псо своим отрядом Всадников нарушил равновесие в Алагейзии. Он начал уничтожать города один за другим, один за другим падали с небес погибшие в боях драконы и Всадники, бившиеся за наш народ...- Элеонора зажмурилась, от причинённой воспоминаниями боли, но продолжала рассказывать.
- В одном таком бою участвовала и я. Я была в резерве, но когда первое сопротивление было сломлено, командование обороной города было нарушено, я с Тико рванулась в бой. Я видела, как одного за другим проклятый Гальбаторикс уничтожает моих друзей и я напала на него. Я знала, что мы не выживем, но надеялась, что хотя бы уничтожим Гальбаторикса перед смертью. Но мы не справились. Мои силы иссякли, я могла спасти только одного из нас, я хотела спасти Тико, но он отказался и заставил спасаться меня. Я перенеслась в горы Спайна, но в последний момент увидела, как мой верный дракон камнем летит вниз, а за ним, выставив когти вперёд несся Шрюкн. Я надеялась, что он спасётся и найдёт меня, но моя метка почернела и мысленная связь прервалась. Тиколин погиб за народ, который сейчас чуть не выставил нас за свои ворота. Мы проливали кровь за них, но они забыли об этом. Не в моих силах напомнить им об этом. Но в наших с тобой силах помочь вернуть Алагезии мир и спокойствие под эгидой ордена. Поэтому мы должны отправиться к эльфам и найти тебе учителя, который научил бы тебя всему, что должен знать дракон. а затем мы уничтожим империю как таковую и вернём время Всадников. Мы напомним людям о том, кто мы.

- Ну что, малышка, понимаешь теперь, что за существа эти люди? Раньше всё было по-другому. Раньше мы были для них чуть ли не богами, они преклонялись перед нами и драконами, а мы защищали их, страна процветала. - Элеонора погладила Аметиссу, отчего та заурчала. Мелочь, а приятно- всё-таки, кто не любит, когда ему легонько проводят рукой по спине?
Дракониха, не мигая, смотрела на Всадницу. Аметисса внимательно слушала, что говорила Эля. Тема была ей интересно, к тому же, дракониха мечтала узнать, за что её так ненавидят.
- А затем среди нашего ордена великих воинов появился страшный человек, предатель. Я не буду описывать его поступки, не стоит он того, но он предал наш орден и псо своим отрядом Всадников нарушил равновесие в Алагейзии. Он начал уничтожать города один за другим, один за другим падали с небес погибшие в боях драконы и Всадники, бившиеся за наш народ...- Аметисса почувствовала, что Эле плохо, но решила не вмешиваться, просто взяла себе часть её чувств. Раньше она даже не представляла, что может существовать такая тяжёлая, давящая, безудержная тоска, от которой хотелось выть. О Небо, неужели это так больно?
- В одном таком бою участвовала и я. Я была в резерве, но когда первое сопротивление было сломлено, командование обороной города было нарушено, я с Тико рванулась в бой. Я видела, как одного за другим проклятый Гальбаторикс уничтожает моих друзей и я напала на него. Я знала, что мы не выживем, но надеялась, что хотя бы уничтожим Гальбаторикса перед смертью. Но мы не справились. Мои силы иссякли, я могла спасти только одного из нас, я хотела спасти Тико, но он отказался и заставил спасаться меня. Я перенеслась в горы Спайна, но в последний момент увидела, как мой верный дракон камнем летит вниз, а за ним, выставив когти вперёд несся Шрюкн. Я надеялась, что он спасётся и найдёт меня, но моя метка почернела и мысленная связь прервалась. Тиколин погиб за народ, который сейчас чуть не выставил нас за свои ворота. Мы проливали кровь за них, но они забыли об этом. Не в моих силах напомнить им об этом. Но в наших с тобой силах помочь вернуть Алагезии мир и спокойствие под эгидой ордена. Поэтому мы должны отправиться к эльфам и найти тебе учителя, который научил бы тебя всему, что должен знать дракон. а затем мы уничтожим империю как таковую и вернём время Всадников. Мы напомним людям о том, кто мы.
Дракониха гордо вскинула голову. И всё-таки, когда-нибудь они будут неполбдимы. Чуть позже, но это обязательно случиться. В этот раз в маленьком дракончике заиграла гордыня. Глаза заискрились какой-то презрительной насмешкой, дубы раздвинулись в полуулыбке-полуоскале, насмешливом и немного жестоком. Дракониха фыркнула, подтверждая слова Всадницы.

Элеонора обхватила дракониху за спину, предворительно поставив руки на те места, где не было шипов и притянула к себе. Конечно, это было приятно, и Аметисса заурчала, как кошка. Всадница улыбнулась и стала гладить маленького дракончика по шее, голове и чесать около челюсти. Горло драконихи ещё сильнее завибрировало, урчание стало ещё громче. Чешуйки на шее тихонько шелестели, когда по ним проводили рукой. Они были ещё маленькими и тонкими, а не настоящей бронёй, как у взрослых драконов. Хотя, всё ещё впереди. А руки Эли теперь перешли на крылья. На них чешуек не было и они были светлее остального, чёрного, как ворнье перо, тело. Темно-серого, ближе к пепельному оттенку, сквозь которые видны все вены и прожтилки. Крыло было таким же тёплым, но гораздо тоньше и мягче, так как на нём не было чешуек- защиты. Аметисса не знала, сколько прошло времени, но, наверное, уже достаточно долго- заметно потемнело, а может, зрение драконихи, в котором чёрный выражался яснее других цветов, просто её обманывало. Но сейчас всё ещё был закат, правда, уже догоравший. Отвлекло дракониху только пение. Звук нарастал, потом стал просто греметь- хоть уши зажимай. Причём, в общем хоре басов, баритонов и теноров явственно выделялся всго один- голос зачинщика веселья. Чтож, если бы не эти люди, портившие произведение своим плохим слухом или не совсем трезвым состоянием- можно было бы заслушаться. Пел он, этот зачинщик, хорошо. Даже очень, а его голос был ровным, мощным и глубоким, а не пищащим и визглявым.  До Аметиссы донеслась отдалённая мысль Всадницы:Сказитель пришёл... Песня Эле нравилась, только то, что она о Всадниках и их подвигах напрягало девушку.  А вот её драконихе это очень даже нравилось. Аметисса гордо распушилась, снова усмехнулась и надменно посмотрела на пол в комнате, что должно было обозначать, что она смотрит на население этой деревни. Может, хотя бы сказитель научит их уважать бывших стражей Алагейзии! В общем мысли потекли в обычном русле- об их, Всадников и драконов, превосходстве над сдавшимися Гальбаториксу людьми. Наконец, помолчав несколько секунд, Элеонора сказала:
- Хочешь послушать, что поют о нас люди?
Дракониха согласно закивала и Всадница подставила ей своё подплечье. Конечно, она могла бы и сама спуститься, но решила не возражать- вместе безопаснее, чем поодиночке в кругу недоброжелательных и, возможно, не тезвых людей. Аметисса послушно взобралась на плечо. Что же, хотя бы удобно.
Когда Всадница и дракон спустились вниз, трактир хором подпевал певцу. А певцом оказался... тот самый шейд. Ну, этого можно было ожидать. Но вот когда Элина рука резко дёрнулась к мечу и дракониха чуть не упала вниз, когда Всадница приняла боевую позицию, Аметисса была просто в шоке. Она посмотрела назад, вправо, влево, но опасности не было- на них никто просто не обращал внимания, что несколько обижало честолюбивого дракончика. Мысли Элеоноры до конца выбили Аметиссу из состояния спокойного удовлетворения:Чёрт подери! Шейд! Он казался Всаднице опасным, это очевидно. Никто в едь не принимает боевую позу, просто удивишись. Хотя по виду незнакомца, трудно поверить, что он очень-то силён... Но внешность обманчива. А что плохого... в шейдах?-спросила маленькая дракониха, сгорая от стыда, прекрасно понима, что задаёт жутко глупый вопрос.