Девушка окончательно продрогнув согревала себя уже тем, что просто напросто растирала себе руки, плечи и уши и дышала на ладони, но вот благо они приземлились и девушка скатилась по боку драконихи прямо в сугроб увязнув там по колену и несчадно про себя ругая белого, что тот не мог перенести место посадки поближе к дороге.
- Хорошо, я буду кричать так громко, что пока вы прилетите все уже от меня оглохнут и отпустят просто так, лишь бы избавиться – заверила девушка драконов и ругаясь поползла через сугробы к видневшейся дороге.
Однако, как же люди могут выживать в таком холоде круглый год? Тут даже не взрастишь никаких овощей, даже пшеница и рожь не будут здесь расти. Девушка пустилась бегом потому как окончательно замерзла и мечтала как можно скорее попасть внутрь деревни.
Впереди виднелись ворота обозначающие границу селения, вот к ним она и направилась надеясь, что ее без документов пустят внутрь и ничего не заподозрят, но все же она боялась – с таким дубовым забором ей трудно будет уйти незамеченной со шкурой. Оставалось надеяться, что она сможет получить шкуру за тот серебряник, что грелся в кармане.
- Лучше бы мы влетели с Кристалаксом сюда, взяли все что нужно и улетели, было бы куда проще – заметила она обращаясь к драконихе и недовольно морщась, Тии еще трудно было сдерживать мимику когда она разговаривала с драконом хотя та ее и не видела.

Дракон проследив взглядом девушку до тех пор пока та не скрылась за деревьями расслаблено сложил крылья и хрустя снегом, ветками и всем чем только можно было хрустеть под снегом приблизился к прудику передернутому коркой льда поверх которой еще был слой снега. Интересно, что каждый год пруды и частично реки замерзают едва ли не до самого дна, а рыбы все равно остаются в живых, ему всегда было интересно почему они не умирают – у них нет дневного света, вода настолько ледяная. Что даже у дракона привыкшего к морозу сводит челюсть, а весь питательный корм в виде мелких мошек и растений живущих на дне вымирает, вот как рыбы выживают при полном отсутствии всего необходимого для жизни? Не понятно.
Дракон легонько разгреб лапой снег на льду и наклонив голову стал неспешно дышать жаром на ледяную корку постепенно ее подтапливая, ему нравилось видеть как от его дыхание лед постепенно становится тоньше и образуется лунка в которой виднелась прозрачная вода. Белый довольно глянул в образовавшееся отверстие – песчаное дно, коматозные рыбы, еле виляющие плавниками и какие-то бугорки на дне, которые при ближайшем рассмотрение оказались раками.
«Ага, значит все же не пруд, а отвлетвение от какой-то речки»
Белый дракон опустил морду в воду и пару секунд нервно лакал воду широким, бледно-голуба-то розовым языком, вода и правда сводила челюсти и обжигала горло и все внутри, но все же для него было лучше пить холодную воду, нежели теплую из озер у Аберона.
Дракон поднял морду, с квадратного носа вода стекала и капала, назад оставляя после себя кратковременные круги на поверхности пруда.
Как только взбаламученная вода успокоилась, и дно стало вновь видно, дракон поддел лапой корку льда и рванул, освобождая довольно приличный участок поверхности и с интересом стал разглядывать жизнь там, под водой.

- Хорошо-хорошо, но только будьте на чеку – девушка боялась. Она воспитывалась совсем по другому и воровство для нее всегда было уделом низших слоев обществ а- воришек, бездомных и попрошаек. Отец всегда говорил, что воровство хуже, чем жизнь со свиньями в одном хлеву и всегда нарекал девочкам, что бы они никогда не занимались столь неподобающим делом.
Тиа скользила вдоль главных торговых рядом разглядывая товары предложенные купцами приехавшими сюда и поглядывая на цены. Для нее слишком дорого – цены были взвинчены до безобразия, обычная куртка с бобровым воротником стоила  раза в два больше чем в Абероне.
Тиа шла и с каждым шагом становилась все грустнее и грустнее. Похоже, ей придется воровать, а значит идти против папы и против чести всадника, а это уже значило, что ее могут не принять на Врёнгарде, а следовательно они с Аластой станут изгоями за которыми будут всю жизнь гоняться всадники и правительство. Девушка чуть не расплакалась думая об этом, но выхода не было.
С главной улицы она свернула на боковую, потом еще раз, потом еще раз и так пока не вышла на какую-то полупроселочную дорогу вдоль которой тянулись уже не  двух-трехэтажные дома или торговые ряды, а обычные деревянные домишки. Где-то виднелась пекарня, где-то кузница, но Тиа искала совсем другое. Если она правильно помнила рассказы папы то в каждом городе или деревне должна быть свой мастер шкурных дел и девушка не ошиблась – чуть впереди на отшибе стояла изба из черного дерева. А за ней виднелись козлы с висевшими шкурами, их всего было три – две с мехом  были похожи на медвежьи висели просто на балках и одна бычья  была растянута и явно сушилась.
Девушка обошла дом с другой стороны. Хозяина негде не было видно.

- Лично я готова сорваться в любой момент, - сообщила Аласта Тие.
В голове она уже провернула несколько вариантов неудачных исходов этой вылазки, поэтому считала, что при любом раскладе вывернется и унесет девушку. Главное – чтобы та сама не растерялась и бежала по направлению к драконихе, а не куда-нибудь еще. Но Всадница вроде весьма и весьма не глупая, и вряд ли поддастся панике и побежит хоть куда-нибудь, лишь бы убежать.
Из тревожного ожидания малейшего признака опасности Аласту вывел Кристалакс, спокойно поинтересовавшись, как идут дела у Тии.
- Пока все нормально, - ответила дракониха. – Она уже зашла достаточно далеко в деревню.
«И собирается уворовать шкуры» - додумала она.
Вдаваться в подробности надобности не было, да и вряд ли белому это было так уж интересно. Слишком утомительно и бессмысленно было бы пересказывать и объяснять каждый шаг и поворот девушки, то, с какой тревогой, страхом и нежеланием она шла к этим несчастным шкурам. Если бы на то не было надобности, Аласта бы никогда не заставила Тию делать что-то против ее воли. Но в данной ситуации на принципы надо было закрыть глаза, если девушка планировала пережить следующие несколько дней. А про этот случай они будут помалкивать, и может ничего за это и не будет. А если и будет, то значит надо понести наказание за столь недостойный Всадника и дракона поступок.
«И за легкомыслие».
И хоть за Тию изумрудная боялась, но и размеренные предсказуемые дни ей были не по душе. Где-то в глубине она надеялась, что во время этой сомнительной авантюры удача отвернется от них, и случится нечто непредвиденное, что заставит размеренность сгинуть куда подальше. Это было сугубо ее мнение и желания, и Аласта допускала, что Кристалакс и сама Тиа не оценили бы такие мысли. Вот она и не высказывала их. Но ждать чего-нибудь драконихе никто не запрещал, ведь так?

Девушка оглянулась еще несколько раз и воровато шмыгнула через забор, а там вдоль стенки дома к задворкам, где быстро ножом срезала одну из шкур и скатав ее в рулон связала найденной тут же веревкой, но теперь надо было решить как быть, а ведь девушка была хрупкой, для нее и шкура была слишком тяжелой  она явно не тянула на местную – на нее бы сразу обратили внимание горожане. Что же ей делать?
Тиа попробовала поднять ношу, но та для нее была слишком тяжелой, оставался вариант тащить ее по земле, это девушка и сделала. Пока она шла сюда – всадница заметила, что дома ремесленников прилегают к оборонительной стенке или огородам – дом шкурных дел мастера прилегал к огороду и девушка сейчас быстр-быстро тащила за собой рулон к забору за которым если она правильно поняла, было поле и лес.
«Лишь бы не заметили, лишь бы не заметили». Девушка села у забора и трясясь от холода и страха мысленно окликнула Аласту, что, мол вот – забирай всадника и товар попутно сообщая, что через главные ворота ей точно не выйти.

Постоянное напряжение было оправдано. Тиа добыла шкуру, и теперь ждала Аласту у забора. Но буквально сразу после оклика девушки оживился Кристалакс. На них надвигались люди.
- Тиа уже закончила, можно улетать, - сообщила дракониха белому.
Понимая, что медлить нельзя и что Всадницу могли увидеть в любой момент, Аласта не стала дожидаться команды Кристалакса и практически побежала к дороге. Прятаться уже не имело смысла, если их заметили какие-то охотники или просто вооруженные люди, которым захотелось убить дракона для своих целей.
Дракониха вышла на дорогу. Тут было больше места для маневра – не мешали ни деревья, ни белый дракон. Да и из свидетелей здесь был только старый сторож. Резко раскрыв крылья, изумрудная взлетела. Насколько она поняла, эти самые огороды были с противоположной стороны от главных ворот, а значит, высоко подниматься не нужно было.
Хоть дракониха и забыла про всякую незаметность, над самой деревней она лететь не рискнула, а облетела ее по краю, выискивая Тию. Та нашлась, свернувшись под забором за огородом и стараясь быть как можно незаметней. И пока ей это вполне удавалось – никто не обращал на нее внимания. Но зеленый дракон – не такое незаметное существо. Огород был не очень большой, но на нем вполне хватало места для посадки относительно небольшой Аласты.
Оглянувшись на деревню, она увидела человеческие следы и широкую полосу. Видно, девушка просто тащила тюк, не слишком заботясь о таком вот свидетеле их авантюры. Особого ума не надо, чтобы проследить, куда унесли исчезнувшую шкуру, прийти сюда и увидеть следы дракона. А там легко догадаться, в какой такой организации люди и драконы работают сообща.
«След надо убрать» - думала Аласта.
И хотя натоптали они изрядно, нескольких взмахов крыльями хватило, чтобы все немного замести, и сделать следы не такими явными. Но что делать с полосой у самой мастерской, изумрудная не знала.
- Залезай, - велела она Тие. – А шкуру давай я в лапы возьму. Здесь с ней возиться времени нет, в лесу объявились охотники, надо улетать.

Дракон, всхрапнув, взлетел, подняв в воздух целое облако снега, заметят, не заметят сейчас – уже не имело значения к тому же он уже слышал лай собак почуявших запах дракона. Лошади и собаки инстинктивно не любят ящеров и те отвечают им взаимностью, по крайней мере, сам Кристалакс терпеть не мог животных покрытых шерстью, они были для него слишком грязными и вонючими, и весьма безмозглыми.
- Взлетай те и сразу же набирайте высоту – он уже чувствовал страх и гнев крестьян, там, внизу уже началось какое-то движение не совсем радующее белого который старательно летел низко отвлекая внимание от изумрудной, которая куда сильнее бросалась в глаза чем он сам,  на себя и, давая ей тем самым шанс улететь, своеобразную фору – молодого дракона легче подбить особенно когда он неопытен, в лапах у него шкура, а на спине неопытный всадник без седла.
Спикировав вниз он захватил стог прелого сена не понятно зачем оставленного зимовать на улице и разбросав его одним движением лапы резко приземлился на  поле которое летом засевали пшеницей, а сейчас но было покрыто снегом – к белому уж бежали крестьяне наперевес с вилами и факелами, шум, крики, псиный лай – как же он от всего этого устал, подпустив людей поближе дракон низко опустил голову и гневно взревев, ударил лапой по земле заставляя самых смелых – тех, кто бежал впереди, отступить назад и испуганно тыкать воздух вилами и копьями.
Видя как Аласта взлетела дракон еще несколько томительных минут игрался с крестьянами, а после расправив крылья взмыл в воздух раскидав воздушным потоком людей и опрокинув многих из них с ног.

пропускаю

Аласта получила мысленный образ полянки и мгновенно нашла ее взглядом. Небольшая, но вполне могла уместить в себе пару драконов и миниатюрную девушку. Но Тию можно было и не считать – она могла и вовсе не слазить с бронированной изумрудной спины.
Кристалакс рванулся вперед, видно, желая разведать местность. Дракониха пропустила его и не снижалась, пока тот не осмотрел прилегающий к проплешинке лес. Насколько Аласта поняла, все было тихо, спокойно и относительно безопасно. Впрочем, это было неважно – остановка не должна была длиться дольше нескольких минут. Ровно столько, сколько хватило бы, чтобы сотворить из шкуры шубу и натянуть на Всадницу.
Белый расчистил площадку, и изумрудная приземлилась на промерзшую землю. Мохнатый тюк упал туда секундой раньше. Выслушав теорию изготовлений человеческой верхней одежды в исполнении Кристалакса, Аласта поддела когтем веревку, которая связывала шкуру в рулон и разорвала ее. Фронт работ предстал во всем своем волосатом великолепии.
«Дракон делает куртку для человека. Подумать только» - думала дракониха, прицеливаясь к месту, где планировалась дырка для головы.
Ковырять шкуру было неудобно. Тиа бы сделала это куда аккуратней, но в данной ситуации только когти могли использоваться для данной цели. В итоге первое же отверстие получилось неровным и неаккуратным.
«Ничего, в походных условиях привередничать – не самая разумная тактика» - заключила изумрудная, приступая к остальным отверстиям.
Вскоре куртка была готова и предложена Всаднице.
- Теперь ты точно не замерзнешь.